ВИВАХВАНТ

Изложено по: «Ясна» 9.4

Постепенно люди узнавали, что дэвы и Зло не безраздельно царят на земле, но есть в мире и ахуры — истинные боги, благие, добрые, праведные. Так, узнали они про Хаому.}”( Искусственная вставка.)

Чудесные свойства напитка хаомы арийцам открыл их соплемен-ник, добродетельный муж по имени Вив а х вант (среднеперс. В и вангх). Он был первым из смертных, кто выжал сок золотистого растения. В награду за это богоугодное деяние та на него благодать снизошла, та его постигла удача, что у него родился сын — Йима (среднеперс. Й и м, Джам, в поздней традиции Джам, Джамшсд, фарси Джам шид) блестящий234, богатый стадами. сиятельнейший среди рождённых, солнце подобный между людьми [Бр].( «Йима блестящий» — авест. «Йима хшаэта»; отсюда Джамшед поздней традиции и Джамшид «Шахнаме».) А Вивахвант стал первым жрецом Хаомы.

———————————————-

В «Яшт» 10.89 первым жрецом Хаомы и Ахура Маяды назван сам бог Хаома — см. выше, с. 142—143.

ЦАРСТВОВАНИЕ ЙИМЫ (авестийская традиция)

Изложено по: «Видевдат» 2

Образ Й и м ы, представленного во 2-м фрагарде «Видевдата» первым земным царём, восходит еще к индоевропейской эпохе. Первоначальное значение имени — «Пара». «Близнецы» — свидетельствует о связи образа с древнейшим общеиндоевропейским мифом о братьях-близнецах — сыновьях Солнца. В скандинавской мифологии Йиме соответствует персонаж Имир (этимологически «двойное [существо]» — то есть «близнецы» или, возможно, «гермафродит») — первое живое существо, получившее телесное воплощение, великан, из плоти которого впоследствии был сотворен мир. Ведийское соответствие Йимы — Яма («Близнец»), вместе со своей сестрой Ями составляющий первую человеческую пару, сын бога солнца Вивасвата (авест. Вивахвант), впоследствии — царь загробного мира, в обители которого усопшие праведники вкушают блаженство(В позднейшей традиции Яма — бог «ада», под его надзором вершится загробный СУД, он надзирает за наказанием грешников.) .

В индоиранскую эпоху у разных племён существовали совершенно разные представления о Йиме: солярный бог, верховное божество пантеона, владыка загробного мира, царь «золотого века» человечества, культурный герой, податель плодородия (см. далее внутритекстовый комментарий на с. 181) и др. Из этих никак не взаимосвязанных представлений «младоавестийская» традиция выработала цельный, по-своему логичный миф, вошедший в канон «Авесты» («Видевдат» 2).

Основное содержание первой части фрагарда (строфы 1 — 20) составляют «младоавестийские» интерпретации индоиранских сказаний о Йиме — царе «золотого века», когда люди были бессмертны и жили в изобилии и благополучии. Во второй части (строфы 21 — 43) прослеживаются, главным образом, отголоски легенд о Йиме как о герое-цивилизаторе, проложившем людям путь в загробный мир и сделавшимся верховным богом потустороннего царства, а также представления о загробном блажен-стве праведников в обители бога мёртвых и ранние эсхатологические мифы о конце света в результате зимы и о всемирном потопе (последние, бесспорно, вавилонского происхождения).

Первым земным правителем Йима изображён только в «Видевдат» 2 и в так назы-ваемом «Мемориальном списке» («Яшт» 13.130); в остальных зороастрийских текстах при перечислении легендарных царей он упоминается третьим в династии первозаконников Парадата (см. далее — с. 174 — 177).

Йима хшаэта — Йима сияющий — был первым т смертных, с кем Ахура Мазда беседовал до <…> Заратуштры; ему [Ахура Мазда] объявил её, религию Ахуры и Заратуштры [Бр]. И ему, Йиме прекрасному, сказал Ахура Мазда;

 Стань для меня, о Йима прекрасный, сын Вивахванта, хранящим и несущим Веру! [СК].

Но Йима не был готов стать пророком веры. Он ответил Ахуре:

 Не создан я и не обучен хранить и нести Веру. <…>

 Если ты не станешь для меня, о Йгима, хранящим и несущим Веру [СК], — сказал тогда Ахура Мазда, — то ты мне мир приумножай, ты мне мир взращивай! Ты стань мира защитником, хранителем и наставником! [СК] Царствуй на земле!

 Да! — воодушевлённо отозвался на это Йима. — Я, я буду мир твой взращивать, я буду мир твой увеличивать, я буду <…> за Щитником, охранителем и надсмотрщиком мира! Да не будет под моим господством ни холодного ветра, ни горячего, ни болезней, ни смерти! [Бр]

Тогда Ахура Мазда торжественно вручил Йиме золотой рог и кнут, украшенный золотом [СК].

Первый из атрибутов Йимы в «Авесте» описывается очень неопределённо — как нечто, имеющее отверстие; предлагались различные толкования: стрела, кольцо, плуг и др. «Второе, по всей видимости, использовалось именно для понукания скота — это либо плеть, кнут, либо стрекало, бодило, стимул. По последним толкованиям, учиты-вающим и этимологические связи, и то, что Йима прежде всего царь-пастух и земледельческие оружия или оружие ему не свойственны, наиболее вероятным значением для первого орудия считается рог, пастушеский рожок, дудочка, труба» (С те б л и н — Каменский И. М. К отрывку из Видевдата (Фрагард 2) // Авеста. С. 196. При меч. 1). Эту точку зрения не разделяет С. П. Виноградова, считающая первым атрибутом Йимы особую разновидность земледельческого орудия — каменный диск, заострённый по краям, с отверстием посередине (для надевания на палку)(Сообщено автору в 1994 г. в устной беседе.).

{В тот же миг с небес слетела божественная сияющая Хварна, дабы сопутствовать благословлённому Ахура Маздой первому земному властителю.

Озарённый светом Хварны} («Яшт» 19.31), {Йима поднялся на вершину Хукарьи.

Там он принёс жертву Ардвисуре Апахите — сто коней, тысячу быков и десять тысяч овец [Бр], и воззвал к прекраснейшей богине:

Даруй мне такую удачу,

О добрая, мощная Ардвисура Анахита,

Чтобы стал я наивысшим властителем

Над всеми каршварами,

Над дэвами и людьми,

Над колдунами и паирика.

Чтобы от дэвов я спас И имущество, и припасы,

И урожаи, и стада,

И покой, и почёт.

И даровала ему эту удачу Ардвисура Анахита, которая всегда дарует удачу просящему, заотру в дар приносящему, благочестиво жертвующему [Бр]} («Яшт» 5.7)

{Затем с такой же молитвой Йима обратился к Геуш Урван, праведной покровительнице стад, — и тоже снискал её помощь и благоволение}(«Яшт» 9.8-11), {потом вознёс молитву Вайю — и был услышан им}(«Яшт» 15.15-17).

{И, наконец, воззвал Йима к праведной дочери Ахура Мазды, доброй богине Аши:

Вот так просил он Аши:

«Такую дай удачу

Ты мне, благая Аши,

Чтобы я тучность стада

Добыл твореньям Мазды

И чтобы я бессмертье

Твореньям Мазды дал.

И чтобы удалил я

И голод бы, и жажду

От всех творений Мазды,

И чтобы удалил я

И старость бы, и смерть

От всех творений Мазды,

И чтобы удалил я

Палящий ветр и хладный

От всех творений Мазды

На целых тысяч зим».

И подступила Аши,

Приблизилась к нему,

Обрёл такую милость

Великолепный Йима,

Владетель добрых стад [СК].}

(«Яшт» 17.29-31)

Так Йима, Вивахвантов сын, был венчан на царство.

{В царствование Йимы могучего ни мороза не было, ни зноя, ни старости не было, ни смерти, ни зависти, дэвами порождённой [Бр]. Пятнадцатилетними, по наружности, юношами расхаживали <…> как отец, так и сын, доколе на земле царствовал Йима, безукоризненный вождь племён, сын Вивахвантов [Я].} («Ясна» 9.5—6.)

Минуло триста лет благоденствия — и переполнилась земля живыми существами: мелким и крупным скотом, и людьми, и собаками, и птицами, и красными огнями, пылающими [Бр]. Скот плодился, рождались дети, — а смерти не было. И на земле стало тесно. Не на ходилосъ места для мелкого и крупного скота и людей [Бр].

Тогда Ахура Мазда призвал Йиму к себе и повелел ему расширить землю.

Йима выступил к свету в полдень на пути Солнца . («В полдень на пути Солнца» — то есть повернувшись в южную (благую, ахуровскую) сторону, а не в направлении дзвовского севера. (Примеч. И. М. Стеблин-Каменского.) ) Он этой земле дунул в золотой рог и провёл по ней кнутом, говоря:

 Милая Спента Армайти, расступись и растянись вширь, чтобы вместить мелкий и крупный скот и людей!

Вот так Йима эту землю раздвинул на одну треть больше прежнего, и нашли себе здесь пристанища мелкий и крупный скот и люди по своему желанию и воле, как им хотелось [СК].

Минуло ещё триста зим — и земля вновь переполнилась скотом и людьми. Ахура Мазда опять призвал к себе Йиму, и Йима по велению Творца сделал землю на две трети больше, чем она была вначале.

А ещё через триста зим царствования Йимы всё повторилось в тре-тий раз; и когда Йима в третий раз расширил землю орудиями, дан-ными Творцом, земля стала на три трети больше, чем её создал Ахура Мазда в начале творения. И расположились на ней мелкий и крупный скот и люди по своей воле и желанию, как им хотелось [Бр].

Но не суждено было людям вечно вкушать блаженство. Нa мир телесный, грешный [3] наступали лютые зимы с севера, и всё живое должно было погибнуть.

Всеведущий Ахура Мазда знал об этом. В Арьяна Вэджа, на берегу Вахви Датии, он созвал совет небожителей — ахуров и язатов.

На тот совет был приглашён и праведный Йима-царь, Вивахвантов сын. Вместе со своей свитой — фраваши праведников — он представ перед богами, и Творец Ахура Мазда сказал ему так:

 О незапятнанный Йима, сын Вивахванта! На мир телесный наступают зимы со свирепыми морозами и ветрами <…> и тучи снега будут велики, снег покроет всё сплошь, даже вершины гор и бурные реки, бегущие вниз, будут погребены под снегом ( Сторонники «полярной теории» считали это описанием реальных событий —- оледенения, ледникового периода и затем (см. далее) таяния льдов.). Неисчислимыми страданиями наполнится царство твоё. Все твари живые будут страдать: и те, что обитают в долинах, и те, что бродят в горах, и те, что обрели приют в хлевах и конюшнях… Посмотри на эту землю, Йима, окинь её взором от края до края, насколько видит глаз! Вот оно, твоё царство, полное сочных трав для скота и студёных чистых источников. Спаси же эту счастливую землю! Ибо затопит её водой, когда кончится зима и снега растают. Чудом, о Йима, для плотского мира покажется, если увидят где след овцы [СК]. Построй же ограду, Йима, обнеси оградой эту землю. Пусть та ограда будет размером в [лошадиный] бег на все четыре стороны [СК], и назовётся она — Вара (среднеперс. Вар).

Согласно пехлевийскому комментарию («Зенд») к этому пассажу, «лошадиный бег» составляет две хатры. До 1993 г традиционным прочтением было: по всем четырём сторонам [Бр], и Вара, соответственно, представлялась как квадратное сооружение. По новейшему толкованию (И. М. Стеблин-Каменского) — на все четыре стороны [СК] (то есть относительно центра), Вара является окружностью с радиусом «в лошадиный бег». Такое толкование подтверждается находками в Средней Азии поселений крепостного типа, обнесённых по кругу стеной, внутренняя планировка которых довольно точно соответствует авестийскому описанию планировки Вары (см. далее). — в первую очередь, раскопками на Урале арийского города-поселения Аркаим.

Отгородись Варой от зимы лютой, от дэвов, от Зла, — продолжал Ахура Мазда. — И туда, за ограду, в безопасную обитель отнеси семя всех самцов и самок, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие. Туда принеси семя всех родов скота <…> семя всех растений <…> [и] семя всех снедей, которые на этой земле вкуснейшие и благовоннейшие. И всех сделай по паре, пока люди пребывают в Варе. <…> Там воду проведи по пути длиною в хатру, там устрой луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда, там построй дома, и помещения, и навесы, и загородки, и ограды . (Возможно, имеются в виду хлева, загоны для скота, стойла. (Примеч.И. М. Стеблин-Каменского.))<…> В переднем округе [Вары] сделай девять проходов, в среднем — шесть, во внутреннем — три.

—————————————————

Судя по приводимому описанию, Вара, построенная Йимой, состояла из концентрических кругов стен, во внешнем из которых было девять проходов, в среднем шесть и во внутреннем — три. По числу этих проходов и можно предполагать, что стены Вары были концентрическими окружностями. (Примеч.И. М. Стеблин-Каменского.)

—————————————————

В проходы переднего [округа] принеси семя тысячи мужчин и женщин, среднего — шестисот, внутреннего — трёхсот. Сгони их в Вару золотым рогом и закрепи Вару дверью-окном, освещающимися изнутри (под «окном» может подразумеваться световое окно в крыше, характерное для традиционных иранских жилищ. (Примеч. И. М. Стеблин-Каменского.))[СК]. «

 Запомни, о Йима прекрасный, — наказал Ахура Мазда, — в той Варе не должно быть ни горбатых спереди, ни горбатых сзади, ни увечных , ни помешанных, ни с родимыми пятнами, ни порочных, ни больных, ни кривых, ни гнилозубых, ни прокажённых, чья плоть выброшена, ни с другими пороками, которые служат отметинами Ангхро Майнью, наложеннылш на смертных [СК].

—————————————————-

Перевод этого и некоторых из последующих названий болезней и телесных пороков — условен, не всегда ясно, о каких дефектах идёт речь. (Примеч. В. М. Стеблин-Каменского.) Сравн. аналогичный фрагмент в «Яшт» 5.92—93 — с. 145, «Яшт» 17.54 — с. 131; см. также внутритекстовый комментарий на с. 145.

—————————————————-

Йима внимал Творцу в полной растерянности. Дело, которое поручал Ахура Мазда, было не по силам ему.

«Но как же, как же я смогу построить Вару?!» — думал он.

Всеведущий Ахура услыхал его мысли.

 О чистый Йима, сын Вивахванта, — рёк он. — Топчи землю пятками и мни руками так, как люди лепят намокшую землю [СК]. Подобно тому, как делает гончар, мни её и лепи ограду.

И праведный Йима, воспряв духом и уверовав в себя, сделал всё согласно велению Ахура Мазды. Он возвёл ограду Вару размером в [лошадиный] бег на все четыре стороны <…> провёл [туда] воду по пути длиною в хатру, там <…> устроил луга, всегда зеленеющие, где поедается нескончаемая еда [СК]. И там основал он обиталища — дома для людей и загоны для скота.

На земле, отгороженной Варой, защищённой от злых северных ветров и снегопадов, Йима выстроил восемнадцать улиц и отнёс туда семена всех мужей и жён <…> и всех пород животных, которые на этой земле величайшие, лучшие и прекраснейшие <…> всех растений, которые на этой земле высочайшие и благовоннейшие <…> всех плодов, которые на этой земле сладчайшие и благовоннейшие [3]. И все те семена, которые он принёс [в Вару], по два от каждой породы, он сочетал по парам на все времена, пока те люди, и звери, и растения оставались за оградой, в обители Йимы.

В ограде Йима сделал дверь и прорубил окно.

Когда великий труд был завершён, земля осветилась несотворённым светом и светом сотворённым (Очевидно, подразумевается «неземной» свет Солнца, Луны и звёзд, и «земной» свет от огней. Пехлевийский комментарий («Зенд») поясняет этот фрагмент следующим образом: весь несотворённый свет светит сверху, весь сотворённый свет светит снизу.). Обитателям Вары казались только один раз [в году] заходящими и восходящими <…> звёзды. Луна и Солнце. И одним днём казался год (Об упоминаниях в зороастрийских текстах «полярных» астрономических явлений см. во внутритекстовом комментарии на с. 87—88.) [СК].

Нагрянул со своими полчищами Дух Зла, задул северный ветер, ударили морозы трескучие, свирепые, повалил снег, — а в царстве Йимы зеленела трава и щебетали птицы.

Каждые сорок лет у каждой пары рождалась двойня — мальчик и девочка. И то же у домашнего скота всякой породы. И люди в Варе, Йимой возведённой, жили счастливой жизнью. {Они жили там по сто пятьдесят лет, а некоторые уверяют, что они вообще не умирали.}

—————————————————

Пехлевийский комментарий к соответствующему фрагменту «Видевдат» 2. О бессмертии людей и скота в «царстве Пимы» упоминается во многих источниках (напр., «Яшт» 19.32, «Ясна» 9.5), однако в разных случаях под «царством Йимы» понимается либо обитель внутри Вары, либо вся земля, которой Йима правил до наступления зимы.

—————————————————

Царь птиц Каршиптар принёс в Вару закон Мазды. Фраваши Заратуштры и его сына Урватат-нары покровительствовали благословенной Варе, — и текли золотые дни без забот и горестей, {покуда Йима, сын Вивахванта, не совершил греха и не пал}.

ГРЕХОПАДЕНИЕ ЙИМЫ

Дошедшие зороастрийские тексты содержат лишь упоминания о грехонадении Йимы, не сообщая подробностей сюжета (за единственным исключением см. далее). Грех Йимы в разных источниках определяется по-разному: в «Гатах» ему ставится в вину употребление в пищу мяса рогатого скота («Ясна» 32.8; подразумевается, вероятно, что Йима научил людей забивать скот и есть мясо, что явилось одной из причин грехопадения человечества и утраты им «золотого века»); в «Яшт» 19.33—38 Йима представлен «соблазнившимся лживой мыслью» и «утратившим Хварну» — этот фрагмент, а также 3-я строфа 2-го фрагарда «Видевдата», где Йима отказывается взять на себя миссию пророка веры (с. 157) (уступая её, таким образом, Заратуштре «Видевдат» 2.1—2), но готов, однако, быть на земле гарантом материального благополучия («Видевдат» 2.4—5 — с. 157), свидетельствуют, что уже в «младоавестийской» теологии Йима — податель земных благ и телесного бессмертия противопоставлялся Заратуштре, суть учения которот — не только материальные, но также и духовные блага и бессмертие праведной души. Постепенно в зороастрийском богословии вырабатывается, а затем и канонизируется двойственная трактовка образа Йимы—Джама: он сохраняет все свои положительные черты и характеристики, но в то же время ему приписывается множество греховных деяний, за которые он осуждается (см. далее — с. 177).

Пехлевийский «Ривайат» излагает версию грехопадения Джама, сходную по существу с версией «Шахнаме»: Джам возгордился, возомнил себя богом и творцом мира и был за это низвергнут в ад; впоследствии он осознал свой грех, раскаялся и получил прощение Ормазда (31.а9—а10). На вопрос Зардушта: «Что было наихудшим из сделанного Джамом этому миру?» Ормазд отвечает: «Когда я явил ему Религию, он не принял её» (З1.с1—с2) — бесспорная апелляция к соответствующему эпизоду из 2-го фрагарда «Видевдата»; сама же легенда о гордыне Джама (подробный пересказ см. на с. 295 — 296) никак не противоречит указанию в «Яшт» 19.33, что Йима «соблазнился лживой мыслью». Сравн. также «Ривайат» 47.8 — с. 328.

Как уже говорилось, первым земным правителем Йима изображён только в «Видевдат» 2 и в «Мемориальном списке» (130); в остальных текстах «Авесты» при перечислении легендарных царей он упоминается третьим в династии первозаконников Парадата. Эту традицию наследуют все пехлевийские источники. В ранней зороастрийской ортодоксии функции первого праведника, а в поздней традиции — и первого царя полностью отходят к Гайомарту (к Пишдадидам не причислявшемуся).

ГАЙА МАРТАН (поздняя традиция)