НОТАР

В пехлевийских источниках Нотар (авест. Наотара, Новзер «Шахнаме») практически не упоминается как иранский царь, и эпоха его правления выпадает из легендарных хронологий (эту традицию унаследовали и многие арабские источники). По-видимому, в ходе формирования зороаст рийской ортодоксии сказание о коротком и неудачном царствовании Нотара не было канонизировано; однако это сказание сохранялось в фольклоре и — скорее всего, через посредство «Хвадаи намак» — вошло в «Шахнаме» (в переосмысленном виде).

НОВЗЕР

В «Шахнаме» Новзер, унаследовав после Менучехра трон, очень скоро забывает предсмертные наставления отца.

Закон человеческий был им презрен. /

Корысти и золоту сдался он в плен <…>

Отцовский обычай поправ, притеснять /

Он стал и мобедов и славную рать.

народе день ото дня росло недовольство царём, как некогда во времена Джамшида. Особенно вознегодовали знать и воины.

Новзер письмом призвал Сама для защиты престола. На иранской границе дружину Сама встретили вельможи Новзера.

Все спешены, к Саму один за другим /

Подходят и долго беседуют с ним, осуждают Новзера:

«Он мудрый завет перестал соблюдать, /

Утратил божественную благодать. /

Нельзя ли, чтоб Сам, чистый сердцем герой, /

Воссел на престол этой смутной порой? /

В лучах его правды весь мир бы расцвёл.

Но Сам с негодованием отверг преступные речи о захвате престола и призвал вельмож вновь перед лицом Изеда присягнуть на верность царю, заверив их, что он убедит Новзера одуматься:

«Найдётся ль на свете столь ржавый металл, /

Чтоб, если потрудишься, не заблистал?»

И Саму действительно удаётся вернуть царя на истинный путь. Однако,

шли дни, но немилостив был небосвод, /

К Новзеру любви не являл он с высот.

Между тем весть о смерти Менучехра и дурном поведении его преемника достигла Турана.

Тогда-то Пешенг, управлявший страной, /

Идти на иранцев задумал войной, — чтоб отомстить, наконец, сполна за убийство Тура. Туранскую рать возглавили сыновья Пешенга — Гарсиваз (авест. Керсевазда), Агрерас (или: Агрир, авест. Аграэрата), брат Пешенга Висе и царский наследник боец Афрасиаб (авест. Франграсйан), / С чьей силой сравниться ничья не могла б. Все воины горят жаждой мщения, один лишь Агрерас сомневается в целесообразности войны:

«Хоть нет Менучехра в Иране, но там /

Вождь рати — из рода Нейремова (Нериман) — Сам;

однако после увещевания Пешенга он отметает сомнения прочь: «Кровь недруга лить я рекою готов».

Туранское войско выступает в поход. Накануне сражения в стане туранцев разносится весть, что Сам умер, Заль в трауре, строит Саму усыпальницу, в рядах иранцев Заля нет, — это ещё больше воодушевляет Афрасиаба. В многодневном изматывающем сражении гибнут многие иранские герои. Новзер попадает к Афрасиабу в плен, Афрасиаб воцаряется в завоёванном Иране, — тем завершается эпоха царствования Новзера, продолжавшаяся всего семь лет. (Во многих пехлевийских и арабских источниках эта эпоха вообще выпадает из повествования: Менучехра сменяет на престоле Зов (авест. Узава).

Туранцы грозят вторгнуться в Кабулистан — владения Мехраба, отца Рудабе. Заль приходит на помощь Мехрабу и разбивает туранское войско. Тогда разъярённый Афрасиаб обезглавливает Новзера, хочет казнить и пленников, но, вняв уговорам Агрераса, милует их; назначает Агрераса правителем города Амола5 0(Амол (фарси) — город севернее горы Демавенд в совр. Мазендаране; во времена Фирдоуси — административный центр Мазендарана.) и оставляет всех пленников под его надзором в соседнем городе Сари — с наказом убить их всех, если Амол будет осаждён иранцами. Вскоре это и происходит: несметные дружины иранцев под предводительством Заля идут мстить за казнённого царя. Пленники молят Агрераса о пощаде, и тот, сжалившись, без боя сдаёт Амол и Сари вместе с заложниками, а сам уезжает к Афрасиабу. Афрасиаб, взбешённый ослушанием, убивает брата.

ТУСА

Изложено по зороастрийским текстам разных эпох, указанным в подстрочных примечаниях. Авторские восполнения фабулы (вне фигурных скобок), в основном, введены искусственно

У Наотары было двое сыновей: Тумаспа (среднеперс. Тумасп, фарси Техмасн)} ( «Бундахишн» 31.23.) {и Туca (среднеперс. и фарси Тус)}515(«Бундахишн» 29.6.).

Война с туранцами продолжалась. Хоть Мануигчихр и изгнал пол-чища Франграсйана вон с арийских земель, но туранцы год за годом

совершали набеги на мирные сёла и города, грабили, убивали, угоняли скот.

Теперь пришёл черёд потомкам Манушчихра встать на защиту родной земли.

{Сыновья нечестивого В а э с а к и (фарси Висе) захватили на востоке державы праведную крепость Кангху (среднеперс. Кангдеж)} ( «Яшт» 5.54, 57.) — {чудесную крепость о семи стенах: из золота, серебра, стали, бронзы, железа, стекла и керамики} («Датастан-и Деник» 210.6—13.). Туса поклялся изгнать оттуда туранских богатырей {и обратился за помощью к Ардвисуре Анахите, которая всегда дарует удачу просящему, заотру в дар приносящему, благочестиво жертвующему [Бр]. Принеся щедрые жертвы, мощный воин Туса, искусный наездник

…просил <…> даровать ему силу

Колесницами править

И телесное здоровье,

Врага издали высмотреть,

Ненавистника одолеть,

Недруга сразить единым ударом.

И просил он её:

«Даруй мне такую удачу,

О добрая, мощная Ардвисура Анахита,

Чтобы я победителем стал над богатырями,

Отпрысками Ваэсаки,

У горной теснины Хшатросука,

У самой высокой, надо всеми возвышенной

Крепости Кангха, Артой освящённой,

Чтобы я наголову разбил воинство земель туранских:

Пятьдесят раз сотней ударов,

Сто раз тысячью ударов,

Тысячу раз десятью тысячами ударов,

Десять тысяч раз ста тысячами ударов» [Бр].} ( «Яшт» 5.53-54.)

Когда Туса совершил богослужение, его воины пришпорили коней и помчались на восток брать Кангху приступом. А потомки Ваэсаки тем временем тоже готовились к битве и {молили богиню:

«Даруй нам такую удачу,

О добрая, мощная Ардвисура Анахита,

Чтобы мы одолели мощного воина Тусу,

Чтобы мы наголову разбили воинство земель арийских:

Пятьдесят раз сотней ударов,

Сто раз тысячью ударов,

Тысячу раз десятью тысячами ударов,

Десять тысяч раз ста тысячами ударов».

Не даровала им этой удачи Ардвисура Анахита [Бр] — зря молили её туранские богатыри, тщетными оказались их надежды умило-стивить богиню жертвоприношениями в горах, у крепости Кангхи. Славную победу одержал Туса, потому что Ардвисура Анахита была — с ним} («Яшт 5.55—59.).

Но несмотря на свой замечательный подвиг, Туса не удостоился получить от Ахура Мазды Хварну и благословение, приставшее царям Парадата, — царствовать ему не пришлось.

{Творец уготовил ему другую судьбу: Туса сделался бессмертным. Когда мировая история приблизится к концу, Аграэрата-Гопатшах — бессмертный правитель Сакастана, Туса и другие бессмертные придут помогать Ахура Мазде и Спасителю Саошьянту в деле очищения мира.}( «Бундахишн» 29.5-6)

Не стал царём и другой сын Наотары — Тумаспа. {Благой бог ни-спослал Хварну Узаве (среднеперс. Узобо, Заб, Зов, фарси Зов)} ( «Денкарт» VII. 1.31.) — {сыну Тумаспы, внуку Наотары} («Бундахишн» 31.13, 23 и др.).

УЗАВА

Изложено по: «Бундахишн» 31.35; 34.6, «Денкарт» VII. 1.31

Хоть мать У з а в ы (среднеперс. Узобо, Заб, Зов, фарси 3 о в) и была дочерью колдуна Намуна (Намока), служившего Фрасийаку, но сам Узава был праведен, и Мазда ниспослал царственную Хварну династии Парадата — ему.

Узава ещё во младенчестве, когда от роду ему было всего несколько недель, понял, что закон благого бога и счастье страны — в возделы-вании земли, в обильных её дарах. И он стал пахать, сеять, жать — младенец наравне со взрослыми; и благодаря этому он уже в детстве сделался высоким и сильным, как зрелый муж.

Узава процарствовал всего пять лет, но даже за столь короткий срок он успел совершить множество добрых дел, угодных Мазде: он разоблачил [свою] стенающую мать перед странами иранскими; он выступил [войной] против разрушителей-иноземцев, дабы вон [их] изгнать с иранской земли; он также сокрушил колдуна, который ужас наводил на иранские деревни, который в страхе [держал] его отца <…> — [сокрушил] туранца Франграсйана ; он прокопал много новых оросительных каналов, возделал пустующие поля, превратив их в пашни, и тем принёс несказанное благо воинству Ахура Мазды — на горе Духу Зла и дэвовским отродьям.

ЗОВ

В «Шахнаме» после смерти Новзера иранцы, возглавляемые Залем, избирают нового царя; но выбор их надает не на одного их потомков Фаридуна — Туса или Гостехема, ибо хоть они и родом знатны, /

<…> Но ежели витязь умом не силён, /

Владеть не достоин державою он, — а избирают они сына Техмаспа, мудрого 81 -летнего старца Зола (авест. Узава).

В царствование Зова на землю обрушивается бедственная засуха. Иранские и туранские дружины изо дня в день сражаются, истребляя друг друга; все обессилели, —

и всех осенило вдруг мыслью одной: /

Знать, каре небесной мы стали виной.

Иранцы и туранцы решают наконец, /

Вражду вековую изгнать из сердец, /

Законно, по совести мир поделить, /

И души от старых обид исцелить.

Земли от Амударьи до китайского Туркестана отходят к Ирану, а всё, что восточней того — к Туран у. Зов возвращается в Парс (Перейду), под его мудрым правлением Иран расцветает, и пять лет проходят в несказанной благодати; но через пять лет Зов, уже 86-летний старик, умирает, и война между Ираном и Тураном вспыхивает вновь.