Мидия – страна магов

Образ восточного мудреца‑звездочета, чародея, обладающего некой сверхъестественной силой, восходит ко вполне реальным историческим прототипам. Жрецов религии Зороастра греческие историки называли «магами». Впоследствии этот термин стал применяться ко всем людям, сведущим в оккультизме и тайных науках, но изначально он возник как этноним племени магов, проживавших на территории Мидии и игравших в этом государстве привилегированную жреческую роль. Мидийское государство, вошедшее впоследствии в состав Персидской империи, на первоначальном этапе формирования Ахеменидской державы играло роль очага культуры, жар которого распространялся по всей территории огромной империи Кира. Построенная еще во времена царя Дейока, столица Мидии Экбатаны являлась политическим и религиозным центром молодой империи Ахеменидов. Прежде чем Кир отстроил новую великолепную столицу в Парсе, названную им Пасаргад, именно из мидийской столицы распространялась на все государство светская и религиозная власть.

О преемственности мидийских религиозных традиций персидскими священнослужителями свидетельствует факт того, что великолепный памятник раннеахеменидского зороастризма – каменные алтари огня в Пасаргадах имеют свой прототип в мидийской культовой архитектуре. Алтарь, обнаруженный в мидийском поселении Нуши‑Джан, расположенном близ Хамадана (бывшие Экбатаны) по форме очень сильно напоминает алтари огня, сооруженные для царских богослужений в Пасаргадах. Установленный на 200 лет ранее своих персидских аналогов, мидийский алтарь отличается от них лишь четырехступенчатой верхушкой (в то время, как алтари огня в Пасаргадах имеют трехступенчатое навершие). Число «три» считалось священным в зороастрийской традиции, в то время как число «четыре» имело сакральный смысл в эзотерическом учении мидийских магов, оказавшем колоссальное влияние на становление и развитие государственной религии Персидской империи.

Из племени магов происходили священнослужители не только у мидян, но и у персов, что позволяет судить о некоторой культурной и идеологической подчиненности персов мидянам. Профессор Лондонского университета д‑р Джон Р. Хиннелс считает, что распространением зороастризма занимались преимущественно мидийские маги, которые продолжали пользоваться влиянием во все периоды существования в Персии. Действительно, именно мидийцы были царскими священниками и советниками, исполнявшими дипломатические и военные обязанности, сопровождавшими царей во всех их экспедициях и участвовавшими во всех важных посольствах.

В настоящее время мидийское происхождение племени магов и их первостепенная роль в религиозной жизни Персидской империи не вызывают сомнений. Но еще Геродот утверждал, что маги происходят из Мидии. Он писал (I, 132), что у персов при каждом жертвоприношении должен был присутствовать маг, исполнявший песнопение о рождении богов, что свидетельствует о том, что в определенный момент маги приобрели официальный статус в рамках персидского культа. Однако раннее свидетельство Евдема о поклонении магов божеству, называемому ими Пространством или Временем, отцу близнецов‑антагонистов, воплощающих космические принципы созидания и разрушения, позволяет сделать вывод о том, что главным объектом культа мидийских магов, ставших родоначальниками жреческих зороастрийских родов, был Зерван Акарана (Бесконечное Время). Посему рассматривать историю зороастризма без учета сложных перипетий борьбы между мидийским зерванитским и персидским зороастрийским жречеством за идеологическое влияние в империи Ахеменидов было бы серьезной ошибкой.

В настоящее время в научной среде распространено ошибочное мнение о зерванизме как о ереси, искажающей светлое и простое учение Заратуштры. И Зенер, и М. Бойс, рассматривающие персидскую историю в отрыве от истории античной Греции, считают, что зерванизм возник в эпоху Ахеменидов и получил широкое распространение во времена царствования последних представителей этой династии. Однако даже беглого знакомства с историей развития античной философии и теологии достаточно для того, чтобы установить факт влияния восточных (а именно зерванитских) идей на духовную жизнь Древней Эллады еще в начале VI века до нашей эры.

Прежде чем Кир основал могущественную Персидскую державу, в которой ортодоксальный зороастризм стал главенствующей религией, греческий мир уже проникся зерванитской идеей о всемогуществе всепорождающего и всепоглощающего Времени. В орфических сочинениях VI века до нашей эры. Хронос Агераос (Нестареющее время) упоминается как первопричина всего сущего. В теогонии Ферекида Сиросского, жившего в середине VI века до нашей эры, Хронос назван причиной огня, воздуха и воды. Имя греческого временного бога «Хронос Агераос» точно соответствует иранскому «Зерван Акарана», который упоминается в Авесте в числе прочих богов. Поскольку иранская Авеста гораздо старше греческих теогонических сочинений, можно с полной уверенностью считать орфического Хроноса заимствованием из древней религии магов. Основываясь на данных Диогена Лаэртского, который датирует расцвет деятельности Ферекида 544 годом до нашей эры, можно считать, что последний оказался под влиянием зерванизма до 550 г. до н. э., что в любом случае предшествовало моменту основания Киром империи Ахеменидов. Таким образом, возникновение зерванизма относится к более раннему периоду, нежели оформление ортодоксального зороастризма, которое можно отнести лишь ко времени царствования Дария, что лишает убедительности аргументы хулителей зерванизма, утверждающих, что это религиозное течение возникло как ересь в лоне уже оформившегося зороастризма.

Попытка исследования сложных взаимоотношений эзотерической и ортодоксальной доктрин в лоне зороастризма требует детального анализа наскальных надписей персидских царей, религиозных зороастрийских текстов и свидетельств античных авторов. Однако все выводы следует делать с поправкой на обусловленную историческими обстоятельствами тенденциозность письменных источников, а также на практически полное отсутствие сочинений магов‑зерванитов, предпочитавших изустную передачу священных знаний и считавших письменные знаки изобретением лживого и коварного духа зла Ахримана. Устойчивое убеждение древних зороастрийцев в том, что божественное откровение (коим они считали Авесту) не может быть предано камню или папирусу (мертвой материи), способствовало тому, что священные гимны зороастрийцев были кодифицированы и записаны лишь при Сасанидах – более чем через 800 лет после основания Персидской империи. Эзотерические учения мидийских магов о пространстве и времени были преданы забвению и не вошли в канон ортодоксального зороастризма.

Кодифицированная Авеста Сасанидов стала собранием разрозненных гимнов и религиозных текстов, сохранившихся после утраты большинства насков (книг) Авесты. Нашествие Александра Македонского нанесло непоправимый урон религии Заратуштры, а последовавший за этим разорительным для персидской культуры событием эллинистический период способствовал смешению иранских, греческих, египетских и иудейских верований и растворению стройного и чистого учения Заратуштры в мутных водах эллинистического пантеизма. Посему Авесту, реанимированную усилиями Тансара и Кирдера – виднейших первосвященников Сасанидского периода, не следует вырывать из общеисторического контекста и считать единственно верным источником знаний о религии Зороастра. Та Авеста, которая известна сейчас как свод религиозных гимнов и представлений зороастрийцев, является лишь собранием фрагментов утраченного знания великой древней традиции. Из 21 книги Авесты полностью сохранилась лишь одна – «Видевдат» («Закон против Девов»). Частично сохранены книга религиозных гимнов «Яшт», «Висперед», «Хамаспат Маэдайя» и некоторые фрагменты других насков Авесты. К сожалению, полностью утрачены книги, посвященные медицине, географии, математике и астрологии. В настоящее время невозможно и помышлять о реконструкции содержания утраченных книг Авесты. Однако если принять за историческую версию легенду о краже Авесты греками из сокровищницы персидских царей в Персеполисе (где она хранилась, записанная золотом на 12 000 бычьих шкур), то по масштабу последовавшего за этим подъема греческой философии, математики и астрономии можно судить о значимости религиозно‑философских концепций, содержавшихся в этом компендиуме человеческих знаний.

Мидия – историческая предшественница Персидской империи

История Мидии представляет интерес для исследователя истории зороастризма, поскольку ее изучение позволяет более объемно представить степень влияния наследия древней шумерской и ассиро‑вавилонской культуры на мидийских магов, впоследствии составивших цвет зороастрийского жречества. Мидийцы – одно из иранских племен, пришедших на Иранское нагорье в начале I тысячелетия до нашей эры. Мидия как самостоятельное государство возникла в X веке до нашей эры к югу и юго‑западу от Каспийского моря в горных областях Загра и близлежащих плодородных долинах.

Топоним «Мидия» обнаруживает не только индоевропейское происхождение, но и глубокое смысловое содержание, которое вкладывали в это слово основатели Мидийского царства. «Мид» – распространенный индоевропейский корень, означающий середину, центр и неоднократно использовавшийся в сакральной географии индоевропейцев. Мидгард – «срединная обитель» – центральное пространство, населенное людьми, в мифологии скандинавов. Миде – центральная область Древней Ирландии, в которой находилась столица и магический центр Ирландии – священный камень Фаль, громко вскрикивавший под тем, кто должен был стать законным королем Ирландии. «Магический центр» был известен и в Галлии, он носил название Медиоланум (Mediolanum) – «центр совершенства». Медина – священный город ислама, в котором в 622 году пророк Мухаммед, бежавший из Мекки, был принят как правитель, также соотносится с идеей центра и верховной власти, как и столица Древней Ирландии Миде. Корень «мед» («мид»), означающий понятие «центра» и связанной с ним идеи власти, в индоевропейских языках в некоторых случаях использовался и как основа для царского имени (фригийский Мидас, греческие Медон, Мед, Меда, колхидская Медея).

Одним из самых ранних индоевропейских топонимов, воплощающих идею центра силы и власти, являлось название царства Митанни, расположенного в северо‑западной части Междуречья и игравшего исключительно важную роль в этом регионе в середине II тыс. до н. э. Русское слово «между», выражающее идею серединного, центрального положения, происходит все от того же индоевропейского корня «med». В самом названии Междуречья – Месопотамия (Meso potamus – «между потоками») заключен смысл особого географического положения этого плодородного участка земли. Неудивительно, что высокоразвитая цивилизация шумеров, подаривших миру математику, астрономию и прочие науки, возникла именно в Междуречье. Как свидетельствуют многочисленные исторические примеры, города и страны, занимающие срединное положение относительно каких‑либо пространственно‑геологических образований или объектов (гор, рек, морей), со временем становятся экономическими, культурными и политическими центрами.

Топоним «Мидия» можно также отнести к числу священных названий «магических центров» индоевропейцев, поскольку всем мифологиям индоевропейских народов, имевших общую арктическую прародину, было присуще выделение «центра» как некоего святилища, места, наделенного особой сакральной энергией. Та роль, которую играла Мидия в Персидской империи Ахеменидов, вполне соотносится с представлениями о культурном и религиозном центре, каким и должно быть место, само название которого отражает идею «середины».

Мидия довольно рано появилась на сцене мировой истории. Уже в ассирийских надписях IX в. до н. э. говорится о племени мадаев, с которыми ассирийцы ведут упорную борьбу. Могущественные ассирийские правители не раз совершали походы на восток – в Мидию, захватывая богатую добычу, о чем красноречиво свидетельствуют ассирийские источники. В 835 году до нашей эры Салманасар III вторгся в страну мадаев (мидян) и дошел до восточных областей Мидии. Тиглатпаласар III из похода на Мидию привез богатую добычу и большое количество пленных, обращенных в рабство. Асархаддон в 673 году до нашей эры совершил поход «в страну далеких мидян», в очередной раз опустошив эту страну. Так продолжалось до 614 году до нашей эры, когда мидяне в союзе с Вавилоном сокрушили Ассирийское царство. Борьбу против ассирийцев возглавил мидийский царь Киаксар (Хвахшатр) – самая яркая фигура в истории Мидии. На развалинах побежденной им Ассирийской державы Киаксар построил могущественное Мидийское государство, в которое вошли Персия, Каппадокия и Армения. Неутомимый воитель пытался покорить и Лидию – богатейшее царство Древнего мира, но в результате пятилетней войны достиг лишь мирного соглашения с лидийским царем, которое было подкреплено династическим браком.

Среди предшественников Киаксара достойны упоминания Фраорт (персидское Фравартиш), покоривший персов и даже ходивший войной на Ассирию, а также Дейока, с коим связано объединение разрозненных мидийских племен. «Праведный судья» Дейока, по словам Геродота, «слил мидийский народ воедино» и построил Экбатаны – большой город, игравший значительную роль в политической и религиозной жизни не только Мидийской, но и Персидской державы. Дейока, объединив мидийские племена в сильный племенной союз, воевал с ассирийским царем Саргоном, но потерпел поражение. Никому из мидийских царей до Киаксара не удавалось одержать верх над ассирийцами, и более чем 250 лет Мидия находилась в зависимом положении от Ассирийского царства. Но, несмотря на постоянные войны, торговые сношения между этими странами никогда не прерывались, благодаря чему в Мидию проникали элементы ассиро‑вавилонской культуры. Астральные культы ассирийских и вавилонских божеств не могли не оказать существенного влияния на формирование собственно мидийского религиозно‑философского учения, в котором соединились воедино научно‑религиозные представления вавилонян с древними верованиями индоевропейцев. Религия Зервана – бога времени и повелителя судьбы, сохраненная мидийскими магами со времен индоиранской общности, в ходе истории обогатилась шумерскими и ассиро‑вавилонскими астральными представлениями и ко времени образования Персидской империи представляла собой сложный симбиоз зороастризма и астролатрии.

Астральный культ бога времени Зервана, исповедуемый мидийскими магами, вполне позволял соединять духовные искания индоевропейцев, наиболее объемно представленные в религии Заратуштры с интеллектуальным наследием древней шумерской цивилизации, восприемницей которой стала ассиро‑вавилонская культура. Вполне вероятно, что сам основатель «доброй религии» пророк Заратуштра был магом и звездочетом. Во всяком случае, греческому миру Зороастр был известен как величайший астролог. Астрология же всегда была и остается составной частью учения зерванитов о времени, пространстве и влиянии космических ритмов на жизнь человека. Если Зороастр, глава магов, действительно был астрологом, как об этом говорят Платон, Аристотель и другие авторитетные источники, значит, он вполне мог быть и зерванитом, а мидийские маги, в свою очередь, должны были быть зороастрийцами.

Самым неопровержимым доказательством распространения зерванизма на территории Мидии является археологическая находка из Луристана, датируемая VIII веком до нашей эры. Луристан находится в южной части Древней Мидии, в непосредственной близости от Персии. На бронзовой табличке изображен бог времени Зерван, представленный в виде крылатого божества, из плеч которого появляются близнецы. Бог имеет мужскую голову наверху и женскую на груди, что говорит о его двойственной природе, совмещающей мужское и женское начала. По одной из версий мидийского космогонического мифа в передаче сирийских авторов отец близнецов бог времени Зурван обладает качествами мужчины и женщины и порождает близнецов из своей собственной утробы. Изображенное на луристанской табличке божество имеет крылья, так же как львиноголовый бог времени митраистов Айон и Хронос (Время) в орфической теогонии.

Близнецы, выходящие из плеч божества на луристанской табличке, держат в руках разновидность ветви, что подтверждает сообщение Езника о том, что Зруан (Зерван) дал своему сыну Ормизду жертвенную ветвь.

Помимо центральной фигуры Зервана на пластине из Луристана присутствуют трое юношей, трое мужчин и три старца, что прекрасно согласуется с представлением о Зерване как о Боге времени, отмеряющем этапы человеческой жизни. Три возраста (молодость, зрелость и старость) соответствуют трем формам времени: будущему, настоящему и прошлому; трем стадиям любого процесса: причине, становлению и следствию. Философский смысл пространственно‑временных концепций мидийских магов‑зерванитов стал основой для натурфилософских исканий мыслителей будущих веков.

Зерванизм, по сути своей, никогда и не был религией в современном понимании этого слова (с ортодоксальной церковью, клиром, сложившимся веками ритуалом). Зерванизм – это постоянно развивающееся религиозно‑философское учение, основывающееся на этическом учении Заратуштры о борьбе сил Света и Тьмы в сочетании с существующими взглядами на природу пространства и времени. Таким учением зерванизм является в настоящее время, таким он был и во времена Мидийского царства, где маги‑зерваниты составляли костяк зороастрийского жречества, играя виднейшую роль в политической и духовной жизни государства.